pipokipp (pipokipp) wrote,
pipokipp
pipokipp

Categories:

Иммигрантский дневник. Часть № 41.



22. Бад Айблинг - Брюссель
1.
Вернувшись в Бад Айблинг, я привычно появился на работе. По окончанию рабочего дня, зашёл в отдел кадров к госпоже Ибшер и сообщил, что решил уволиться "по обстоятельствам личного характера". После подписи увольнения, из за условий рабочего контракта мне оставался ещё целый месяц грузить фуры сырами. Квартиросдатчик сожалел о моём отьезде, так как я пунктуально платил, не шумел и оставлял комнату чистой и светлой - такой же как я в неё пришёл.

Это были лёгкие дни. Каждый из них приближал окончательное завершение ежедневного мозолистого труда. Четыре с лишним года монотонности обучили ожиданию. Они были наполнены надеждой и верой в будущее - в то, что всё скоро наладится. Это время принесло мне настоящие, взрослые мечты об элементарных вещах и дало возможность ценить спокойную размеренность баварской жизни. Мечты порождают любовь. Поэтому я люблю Вас... мои девяностые - мои шаги ранним утром на сырный завод, моих друзей, долгие осенние вечера и звонки в Россию из телефонной будки рядом с отштукатуренным домом, где я нашёл свой приют.

Альпийские горы, мне нравится ваш диалект. Нежная дымка над водной гладью озёр, я прощаюсь с тобой. Дай мне поблагодарить тебя, чудесная волшебница хвойных лесов. Пусть лёгкий бриз прикоснётся к лицу - он как поцелуй, как комплимент, как последний аккорд в день расставания. Меня обнимут друзья. Саша Долганский исполнит сочинённые им песни. Он прекрасно умеет играть на гитаре и петь. Мы вспомним о Марьиной Роще в Москве - оттуда он и его жена приехали в Баварию. Рядом бегает целый выводок детей и всё выглядело идиллией. Саша останется - у него есть немецкий паспорт, а меня ждёт ещё одна ночь под городком Амберг.

Там в баварской глуши Вася резал чучела по полной программе, попыхивая папироской. Чучелами я называл его произведения исскуства. Благодаря выпученным глазам, скрюченности тел у скульптур и сошедшей с ума фантазии, Вася набирал популярность. Выставка следовала за выставкой, а вместе с ними, начался приток клиентов. Он ещё работал в типографии, наклеивая этикетки на журналы, но это занятие в его жизненном турне, становилось всё более ненужным.

С ним и Клаусом - немецким бородатым оболтусом, мы поехали на дискотеку к границе Чехии. Они пытались развеять мою задумчивасть, но это плохо получалось. Последняя мартовская пороша сильно портила видимость на дороге. На обратном пути, на обочине появился силует одинокого пешехода. Человек шёл быстрым шагом. Мои приятели похихикали над бродягой, а мне подумалось, что сейчас пришёл мой черёд идти с закрытыми глазами и насквозь. По телу пробежала дрожь.

Ранним утром, позавтракав, я уехал в Бельгию. Коробка с вещами осталась на хранение у Васи. Под Нюрнбергом моя машина чуть не потерпела крушение. Резко затормозил впереди едущий автомобиль. Фиат заскрипел тормозами, но спасся. Аварии не произошло, а я наконец то очухался от натиска плаксивой меланхолии и пришёл в себя. Надо следить за рулём и врубить пластинку повеселее, а то совсем раскис в сантиментах. Гитарные романсы Саши, звучащие до сих пор в ушах, сменились музыкой Billy Idol. Из колонок взорвалось: "Mony Mony" - отличная сопровождение для путешествия в поисках удачи.


2.
В Брюсселе Сергей появился так же как и в прошлый раз - внезапно, как из под земли. Он ожидал моего приезда и бурно размахивал руками, увидев знакомый Фиат с немецкими номерами.
- Ну Старый, здарова! - приветствовал он меня, делая свой голос нарочито хриплым.
- Привет. Вот я и явился.
- Добро пожаловать в королевство нелегалов. - Сергей шутил, хотя его ситуация не вызывала радости. Он начал болтать без умолку, рассказывая об актуальных событиях, сплетнях и новостях. Дюжина новых имён и кличек слетели с его языка. Я не понимал о ком и о чём идёт речь, но слушал его с интересом, вникая в новую среду обитания.

- Слушай, прикинь, бельгийцы совсем сдурели. Как то раз с белорусами напился пива около нашего центрального супермаркета и такая на меня депресуха напала. Прям хоть в петлю лезь. К Марухе идти не хотелось, поэтому я решил сдаться в полицию.
- Да ну! Серёга, ты чё?
- Прихожу бухой в центральный полицейский участок Моленбека. На ногах я, конечно, держался и понимал суть происходящего, но не в себе. Настроение было жутко упадническое. Они, значит, сидят там... Ну, и заявляю... дескать: "Я нелегал, депортируйте меня в Петербург!" Подставил им руки, чтобы сразу на меня наручники надели. "Надевайте кандалы" - говорю. Знаешь, что они мне ответили? Нет-нет, ты можешь вообще, представить этот маразм?
Конечно, я был в курсе, что бельгийская полиция намного мягче немецкой, а столица Бельгии - город анархической какофонии, но Сергей сумел меня удивить. Он продолжил:
- Они меня послали куда подальше, лентяи проклятые: "Парень, психушку вызвать? Вали отсюда пьяница!" Я в грудь себя бил, пытался им доказать, что русский, а они... сволочи, только хохотали и в итоге: вышвырнули меня на улицу. Слушай, я чуть не разрыдался около закрытой двери, пытаясь войти назад. Меня уже не пускали. Понимаешь теперь? Ты - нелегал и вообще здесь никому не нужен. Тебя просто не существует даже для полиции. Ты есть, но тебя нет.

Вокруг стояла липкая хмара. Брюссель держал многоугольные зонты на готове. Бумажник грелся в кармане, неподалёку стоял Фиат, ещё совсем недавно я работал, имел жильё и не задумывался о предстоящих нелегальных перспективах. Рассказ друга выглядел рваными каракулями, намалёванными на скомканом листке в клеточку. Его вырвали из школьной тетради , а в правом нижнем углу сверкали красная двойка и подпись учительницы: "Родителям прийти в школу!".

Покуролесив по городу до позднего вечера, Сергей удалился, а мне пришлось снять гостинницу. Деньги приходилось тратить с оглядкой, так как финансовых поступлений не предвиделось. В кошельке была сумма в две тысячи немецких марок. Этого должно хватить на первое время.

Ночь в гостиннце стала последней возможностью цивильно принять душ и спать в обстановке, максимально приближённой к домашней. В шкафу нашёлся махровый халат. В разморенном виде, с полотенцем и в тапках, я смотрел передачу по телевизору на немецком языке, пытаясь отвлечься. Мысль о том, где буду завтра ночевать, подобно азартной мухе мешала почувствовать себя комфортно.

Утром в брюссельских окнах не выключился свет. Серые тучи висели ниже пояса и превратили окружающий мир в чёрно-белую засвеченную киноплёнку. С такой погодой не удивительно, что Сергей захотел добровольной депортации. Если бы не обильная реклама магазинов и банков, то в арабских кварталах завоешь по-волчьи. Здесь ночь лучше дня, а день - это бесконечный сумрак.

Сергей пришёл в договорённый час и сообщил, что Маруха согласна дать кров в своей хибаре.
- Ты её только "Марухой" не называй. Её на самом деле Марина зовут. - промеж делом заметил мой приятель.

Прямо напротив Пти Шато, на другой стороне канала располагалось большое кирпичное здание. Его строили в конце девятнадцатого столетия с целью размещения пролетариата и различных низших чинов. В квартирках-кельях ютились иностранцы - в основном нелегалы. Иметь статус беженца в этом здании придавало его носителю солидностИ. По дороге туда, Сергей расказывал о Марухе как о негативном явлении в своей жизни, но давшей ему кров над головой. Она замутила роман с африканцем, котрый лупасил её время от времени и выбил передний зуб в припадке ревности.

Квартира располагалсь на первом этаже. Открывшая дверь Маруха приглаживала короткие соломенные волосы и пыталась сдержать улыбку, стесняясь своего временного деффекта.
- Ну чё! Заходите! - после этого приветствия она нецензурно ругнулась и отодвинулась, впуская нас в помещение.

Оно состояло из одной комнаты, в которой находилось всё - кухня, спальня, сидячая ванна и унитаз. Металлическая раковина у входной двери пугала свом сальным блеском. По всему зданию распространялся странный запах. Так пахнут старые пыльные диваны на свалке. Жилище Марухи не было исключением. У одной стены стояла железная кровать на которой она потеряла свой зуб. С другой стороны находилось некое подобие косметического столика с зеркалом. Между кухонной плитой и унитазом был обеденный столик - фанерная доска с тонкими ножками. Вообщем, убранство напоминало кротовую нору. Непонятно откуда возник огромный матрас. В Брюсселе матрасы на улице валяются и возможно, это был именно такой, но только что выкинутый его владельцем. Дожди ещё не успели испоганить ткань и начинку. Он служил мне и Сергею постелью.

Сама же Маруха, извинялась за скромность приёма и угостила макаронами с томатной пастой, сдобрив их водкой - выпить она была настоящий мастер. Сергей ей в подмётки не годился. Она прибыла в Брюссель из Саратовской области и наблюдая за её манерой пить крепчайшее пойло не закусывая, я перед ней шапку снимаю. Тем не менее, человек она была добрый и с юмором.

Мы праздновали знакомство, а в соседней квартире началась потасовка. Оказывается, там находился нелегальный ресторан. Его владелец жил уже около десяти лет в Бельгии без каких либо документов и умудрился наладить бизнес, взять на работу - естественно нелегально, двух вышибал-официантов и пучеглазую растрёпу-кухарку. Все эти люди являлись гражданами какой-то африканской страны. Предприятие существовало уже шесть лет. Время от времени там возникали драки, но Маруху и Сергея это ни капельки не смущало. Они привыкли.

Особо хочется отметить майонезные банки, стоявшие на подоконнике со стороны улицы. Когда я увидел их, то поинтересовался предназначению.
- Аххх! - махнул Сергей рукой. - Забудь. Видишь тех типов на перекрёстке? Так вот! Они наркотиками торгуют, которые спрятаны в банках у нас на подоконнике.
У меня на затылке зашевелились волосы.
- Так а что? А полиция куда смотрит?
- Старый, забудь полицию. Это ведь Брюссель, Моленбек. Здесь свои правила.

Полицейский участок находился в нескольких сотнях метрах, но машины грабили прямо на стоянке около него. Однажды у меня заглох мотор - карабюратор требовал, чтобы машину подтолкнули. Увидев в центре паркинга нескольких молодых парней, я направился к ним и попросил помощи. Уже задав вопрос, я понял, что они вскрывали машину среди бела дня на полицейской парковке, прямо около входа. Из окон на них мог смотреть начальник полиции всего Брабанта и Западной Фландрии, по совместительству.

Именно эти районы придают Брюсселю негативный имидж. Около пятой части города представляет из себя паралельную реальность. Отойдёшь оттуда на пару шагов и всё меняется. Расцветают ромашки в огородиках, крутятся мельницы, современнейшие заводы производят микропроцессоры. В Моленбеке и Схаарбеке правит бал другой дирижёр - взлохмаченный и безумный урод, не знающий пощады для публики. Его крутит в экстазе от жадности и жесткости к пешеходам. Он никогда не платит за шлюх около Северного вокзала и уходит ехидно смеясь. Его аргументы - японский меч и беспощадный язык. Он любит деньги и ослепяющий свет жёлтых фар в переулке. Здесь власть арабской бедноты и выходцев из тропической Африки, нелегалы схлёстываются с торговцами палёным героином, а полицейский участок - всего-навсего символ безразличия. Здесь вставали на рельсы многие иммигранты из бывшего СССР и с тремя из них меня свёл Сергей.

Эти люди играли рок, а если выразится точнее, то рёв трактора сопровождающийся гневным рычанием "Бригадира" с текстами за которые даже поп-расстрига предаст проклятию, анафеме и вечным мукам в аду. Одна из известнейших неформальных рок-групп Белоруссии пробовала себя в Бельгии. Я имел честь познакомится с ними около моленбекского фонтана. В воде плавали палочки и фантики от конфет, а троица окзалась компанейскими весёлыми парнями. Они вечно ругались друг с другом, двое из них курили много травы, а Бригадир пил. Они ещё жили в Пти Шато, но уже пытались сесть на социал и подыскивали себе жилище.

- На а что? Вон, Павлик посадит тебя на корабль. Он плавал уже. Всё умеет и знает, а мы поддержим, научим. - говорил Бригадир  с типичной "хэкающей" белорусской манерой.
Боже мой, как я люблю этот выговор.
- Ребята, а откуда плыть то? Из Антверпена?
- Какой Антверпен? Из Антверпена теперь только лохи плавают. Паромы в Англию ходят из Зеебрюгге.
Сергей очень переживал за меня и интересовался мелочами, а ребята рассказывали всё в точности. Они уже были в Англии и понимали суть предмета. Перепплыть Ла Манш - не простая задача. В те годы за помошь в этом деле, воротилы чёрного рынка требовали две тысячи немецких марок. За "прыжок" на корабль в США или Канаду - десятка. Однако, всё проще, чем кажется и белорусы раскрыли глаза на многие вещи. Важнейшими оказались: изолента, острый нож, несколько апельсинов, шоколад, две бутылки воды и часы.

Мы стояли несколько часов и планировали моё отбытие на остров. Наступила ночь, и всё дорогу до Марухи, я продолжал обсуждать с Сергеем услышанное. Было решено, что на разведку и подготовку нужно семь дней.


Продолжение будет

Иммигрантский дневник. Часть № 43.
Иммигрантский дневник. Часть № 42.
Иммигрантский дневник. Часть № 41.
Иммигрантский дневник. Часть № 40.
Иммигрантский дневник. Часть № 39.
Иммигрантский дневник. Часть № 38.
Иммигрантский дневник. Часть № 37.
Иммигрантский дневник. Часть № 36.
Иммигрантский дневник. Часть № 35.
Иммигрантский дневник. Часть № 34.
Иммигрантский дневник. Часть № 33.
Иммигрантский дневник. Часть № 32.
Иммигрантский дневник. Часть № 31.
Иммигрантский дневник. Часть № 30.
Иммигрантский дневник. Часть № 29.
Иммигрантский дневник. Часть № 28.
Иммигрантский дневник. Часть № 27.
Иммигрантский дневник. Часть № 26.
Иммигрантский дневник. Часть № 25.
Иммигрантский дневник. Часть № 24.
Иммигрантский дневник. Часть № 23.
Иммигрантский дневник. Часть № 22.
Иммигрантский дневник. Часть № 21.
Иммигрантский дневник. Часть № 20.
Иммигрантский дневник. Часть № 19.
Иммигрантский дневник. Часть № 18.
Иммигрантский дневник. Часть № 17.
Иммигрантский дневник. Часть № 16.
Иммигрантский дневник. Часть № 15.
Иммигрантский дневник. Часть № 14.
Иммигрантский дневник. Часть № 13.
Иммигрантский дневник. Часть № 12.
Иммигрантский дневник. Часть № 11.
Иммигрантский дневник. Часть № 10
Иммигрантский дневник. Часть № 9.
Иммигрантский дневник. Часть № 8.
Иммигрантский дневник. Часть № 7.
Иммигрантский дневник. Часть № 6.
Иммигрантский дневник. Часть № 5.
Иммигрантский дневник. Часть № 4.
Иммигрантский дневник. Часть № 3.
Иммигрантский дневник. Часть № 2.
Иммигрантский дневник. Часть № 1.


Фейсбук: https://www.facebook.com/nikolaj.nakropin



Tags: иммигрантский дневник, иммиграция, литература с рюмкой в руке
Subscribe

Featured Posts from This Journal

promo pipokipp august 6, 2014 00:31 16
Buy for 500 tokens
Пью за друзей, мотивирующих меня на эти строки Не скрою: я могу выпить. Предпочитаю красное, сухое вино и коньяк. Что может быть лучше бутылки и закуски на кухонном столе в сумрачный день ? Выпил.. закусил... и вот она - загорелась надежда в глазах. Осознание "прекрасности жизни"…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 58 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →