pipokipp (pipokipp) wrote,
pipokipp
pipokipp

Categories:

Иммигрантский дневник. Часть № 15.

DMO_Moskau

2.
Вскоре меня подобрал итальянец с глубокопосаженными грустными глазами и пухленьким животиком. Земляк Пиноккио не намного лучше владел немецким языком чем его новый попутчик:
- Си-си. Монако. Их фахрен Монако.
Тягучее "Монако", в данном конкретном случае означало Мюнхен. Итальянская манера выговаривать слова превращает любого пекаря пиццы в звезду телеэкрана. И итальянец восседал, уподобившись такой звезде, вальяжно развалившись и втянув голову так сильно, что его уши лежали на плечах.

Беседе мешал возникший казус. По выражению его лица и двухсмысленным взгядам на мои ноги, я догадался, что от них исходит запах не делающий мне чести. С ужасом подумалось о давным-давно нечищенных зубах и всклокоченной голове. Измождённым видом, в штанах с заплаткой и куртке "Made in Mongolia", я смахивал на молодого наркомана, уверенно вступающего в маргинальное будущее. "Ай эм э стюдент" не смягчило строгое поглядывание итальянца в мою сторону. Однако, заметив дорожный знак с символом бензоколонки, он притормозив въехал на стоянку. Попросив меня остаться в машине удалился на несколько минут и вернулся с двумя вкуснейшими булками с маслом и мёдом. Вручив их мне, буркнув "буон аппетито", вцепился в руль. Булки размазывали окружающий пейзаж перед глазами. Согревающая сладость мёда и постоянно мельтешащее солнце вызывали состояние борьбы, при котором морщится лоб и напряжение в области щек и верхней губы заставляет жмуриться. Наконец-то обмякнув в кресле с такой гримассой на лице, я сдался.

Очухавшись от толчка автомобиля при остановке, первое что я увидел перед собой - это большой камень. Десятками камней были декоративно обложены газоны около парковки, а вдалеке над плоской крышей виднелось название следующей бензоколонки- "Фатерштэттен". Кичливо оттопырив пальцы, итальянец по-кошачьи мяукнул "чиаао" и исчез вместе с автомобилем.

Бензоколонка стояла на кольце вокруг Мюнхена, и здесь заправлялись в основном те, кто транзитом находился на пути в Австрию и Италию. Её неудачное расположение, в сочетании с моим уставшим лицом и канифольным видом, аннулировали все мои попытки психологического воздействия в форме давления на чувство сострадания у водителей. Особенно раздражали те, кто молча мотал головой, выражая своё неодобрение моей жизненной позицией в данный момент. Очень редко люди останавливались, сжалившись перед видом голосующего бродяги. Никто из них не направлялся в город. Короткая стрелка часов постепенно перемещалась в нижнюю часть циферблата. По направлению к Мюнхену находилось широкое снежное поле, а за ним тёмной полоской выделялась деревня.

Чувство трагической озабоченности заставило меня перейти к более активным действиям. Около телефонной будки выстроилась очередь. Подойдя с фланга к стоящим людям, я громко начал:
- Сорри!! Ай хэв а кюэстшэн!!
Очередь сразу-же изменила форму, взяв меня в полукруг.
- Ай эм э стюдент!
Некоторые слушатели закопошились в кошельках и начали шарить по карманам, приняв меня за вежливого попрошайку. Это вызвало чувство стыда, но я продолжал:
- Ноу-ноу! Ай вилл то Мюнхен. Мей-би кто-нибудь кэн бринг ми то сити?
Толпа облегчённо выдохнула воздух. Извращённый, но доступный английский язык дал понять стоящей полукругом публике, что мне не нужны деньги. Освободившись от морального бремени, очередь потеряла ко мне интерес. Кошельки вновь очутились в дамских сумочках и восстановился порядок, существовавший до моего вопроса. И опять за спиной я услышал, ставшее родным и близким за время путешетвия, спасительное слово:
- Комм.

Промчавшись считанные секунды по автобану, мы свернули при первой возникшей возможности на широкую улицу, обрамлённую одно и двухэтажными домами - по всей видимости пригород. Немец тормознул на площади около подземного перхода, что-то прокудахтал по своему - видимо, он хотел помочь советом, и попрощался, оставив меня стоять перед новой головоломкой - неким подобием входа в метро.

Взгляд искал, привычные для окраин, обгрызанные шестнадцатиэтажки, автобусные остановки и вечно-спешащую толпу людей. Ларьки, рынок и бабки с букетиками цветов отсутствовали. Здесь не было даже киоска "Союзпечать", не говоря уже о будках с покоцанными надписями "Ремонт часов" и "Ремонт обуви", и сгорбившимися мастеровыми внутри, подозрительно позыркивающими исподлобья на вселенную. Осторожно заглянув на лестницу, я с ужасом убедился, что отсутствуют турникеты, используемые для создания физической преграды человеку, рискнувшему войти без оплаты. Добротно сделанные советские турникеты безотказно лупили по ногам осмелившихся не заплатить, вызывая высокочастотную трель из свистка женщины сидящей на стрёме в шлемоподобном головном уборе. Где всё это? Знакомая мне с детства московская суета казалась на этой площади нелепой и подумалось: а является-ли реальностью моя жизнь в Москве? Была-ли она на самом деле? Потом, это чувство с годами усиливалось и фактически дало мне счастье иметь две жизни - там и тут. Иногда мираж прошлого возникал на горизонте, но дальнейшие события, встречи и быт всё больше стирали его как ластик стирает рисунок карандашом. Но даже через годы, когда лист постепенно становится совсем белым, стоит лишь в руки взять карандаш, то снова рисуешь теми-же штрихами.

Так и не рискнув спуститься вниз, я пошёл пешком. По бесконечной улице мимо меня как по конвееру двигались косметические магазины, игрушки в витринах, таблички всевозможных размеров с названиями фирм и именами людей. Я не помню, по какой именно улице я тогда входил в Мюнхен, но она где-то с восточной стороны и была освещена ярким зимним солнцем. Забыв о страхах, полиции и не задумываясь о последствиях меня несло вперёд. Мимо проезжали караваны легковых автомашин, а я голосовал на ходу когда появлялось желание.

3.
- Витька, а в Мюнхен-то как попал ?
- Да как?! Так и попал. Элементарно! - мой собеседник смеётся.
- Витька, ну я знаю уже. Расскажи остальным.
Витька Мосин - мой дружбан. Долговязый, с белыми как у альбиноса волосами. Являясь членом партии ЛДПР он превозносил Владимира Вольфовича Жириновского превыше крыши и гордился партийным удостверением чем-то напоминающим моё удостоверение механика тропосферной связи. Витька любит болтать.
- Служил я в Таджикистане. Да нет! Не срочником. Сколько раз повторять: прапорщик я. Прапорщик ! По буквам продиктовать?
Он поправляет воротник у свитора и пытаясь скрыть врождённую застечиваость, продолжает развязным тоном:
- Да чё там ловить? Пули?
В Таджикистане шла гражданская война. Остатки советских войск, стоявшие на границе пытались отстреляться от наседавших с севера повстанцев, а с юга от афганских крестьян, известных всему миру под названием "душманы". Смотря на Витьку, трудно представить его с бронебойным пулемётом в руках. Он из тех, кто всю жизнь старался придерживаться действующих правил. Строго одевался, покупая одежду исключительно в дорогих консервативных магазинах. Он принципиально не ругался матом и вообще не пил алкоголь. Зато Витька очень любил шоколад. Кажется, что такой человек мухи не обидит. Не смотря на  чопорный снобизм, у него не получалось стать участником законопослушной разноцветнай массы. Потому что больше шоколада Витька любил свободу.
- Ну я и драпанул. Я чё упал там так подставляться. Вначале я к Владимиру Вольфовичу хотел, но потом решил всю-таки на запад двинуть. Да у них там перестановки какие-то в партии. Ну сам понимаешь. Не в родной-же Владивосток возвращаться? Я к румынской границе поехал. Слышал, что румыны и молдаване границу открыли? Не верь таким байкам. Ахх... Вообщем, зря ездил.
Витька кривится гримасой неодобрения к странам, усложнявшим его дерзкие намерения. Заграничного паспорта он за всю свою жизнь в глаза не видел. А слово "виза" вызывало протяжный стон. Положение военного, самовольно покинувшего регион в котором велись боевые действия, автоматически превращали его в желанного гостя в любой прокуратуре. Ни о какой "визе" речи быть не могло.
- Я ещё к венгрской границе сьездил - там глухо и на польской тоже ловить нечего. А вот в Чехословакию рискнул.
- Витька, через границу-то как перешёл? На дельтоплане перелетел?
- Подхожу к колючке. Я ведь подготовился хорошо, кожанные перчатки купил. Кусачки у меня были. Хватаюсь за проволку, а она зараза, по рукам током бъёт.
- Мда. Вот ты... мать твою. А погранцы?
- Я не дурак на рожон лезть. Целый день перед этим лежал в кустах и смотрел в какие часы они мимо проходят.
Когда прошёл патруль, выждав минут пятнадцать, Витька сделал первые шаги к проволке, чтобы непосредственно исследовать эту преграду и начать действовать. Я уже видел подобное ограждение под Брестом и с полной ответственностью заявляю: преодолеть его - исключительно трудная, почти невозможная задача. Вскоре послышался лай собаки. Овчарка набросилась на Витьку, но будучи хладнокровно огрета пустой винной бутылкой, брошенной пограничниками в зарослях, потеряла сознание. А Витька полез вверх.
- Лезу, а она током жгёт и как начала на меня заваливаться.
Оказавшись на другой стороне, советский прапорщик и член ЛДПР с момента основания партии, со всех ног бросился прочь. Задыхаясь от нехватки воздуха и возбуждения, он пересёк овраг и по замусоренному полю достиг пункта, где находился советский пограничный столб.
- Да метров триста до туда. Если, не все пятьсот. Настоящая помойка. Чё они там делают на нейтральной полосе? А потом в Кошице добрался. Там большой вокзал, ну и сел на крышу товарного вагона. Еду, а люди мне всё-время руками махали. Спал в основном. А что ещё на крыше вагона делать? Просыпаюсь ночью, смотрю остановка и надпись "Трудеринг". С вагона соскочил и оказалось, что это Мюнхен. Если-бы днём, то дальше поехал. В военной гимнастёрке, с вещевым мешком и сапогах ещё в полицию заберут. - не снимая военной одежды, Витька смог без документов из Таджикистана добраться в Мюнхен. Я всегда верил, что Витька - гений !

За удивительно светлой внешностью и неуклюжестью жирафа хранились тайны, которых не знали даже его близкие друзья. Спустя несколько лет, вечером, к дому где Витька жил подъехали полицейские автомобили и автобус. Оттуда выскочили люди с лающими псами на поводках, окружили здание и несколько вооружённых людей бросились к парадному входу. Выломав дверь они обнаружили, что Витьки нет. Он скрылся и с тех пор больше не появлялся. Что он натворил - осталось для всех загадкой. Кто-то рассказывал, что его видели в Мадриде.

Мой въезд в Мюнхен не так импозантен. Попутка остановилась около массивного серо-металлического небоскрёба в ультра-современном стиле. Оглядевшись и пробежав глазами по сетке окон я перешёл через перекрёсток. На город спускался долгий вечер и зажигались первые фонари.

4.
Иммиграцию принято делить на волны: первая, вторая, третья... Сталкиваясь с представителями этих волн, я видел разные людские типажи: от белогвардейских бабушек-одуванчиков до тронувшихся рассудком иеромонахов-алкоголиков. Но вальяжного профессора древнегреческого языка и забулдыгу из Экибастуза приехавших в незнакомую страну, роднит то, что в этот переходный период, способный тянуться годы, они инвалиды по жизни. Отличие лишь в качестве и размере инвалидной коляски. Именно в это время осознание, ущербности сталкивает лбами и спаивает крепчайшим припоем самых неожиданных персонажей, которые при обычных парниковых условиях не поздоровались-бы друг с другом. Мой первый опыт был брутальным с физической и моральной стороны, но на пути из Москвы в Мюнхен всегда находились люди, протягивающие мне руку помощи. Никого из них я больше не встретил. Но до сих пор вспоминаю о них с благодарностью. Теперь, впервые вдыхая мюнхенский воздух, будучи уставшим, замёрзшим, бездомным и грязным, мне предоставилась честь быть в числе первых на кончике новой, четвёртой волны - волны изгоев, нелегалов и азюлянтов. А если выразиться точнее, чудовищной цунами по-численности превысившей всю предыдущую иммиграцию в целом. Покинувшие свою страну в эти месяцы были первой пеной, ну или почти. Только я этого ещё не знал...

Продолжение будет

Иммигрантский дневник. Часть № 66.
Иммигрантский дневник. Часть № 65.
Иммигрантский дневник. Часть № 64.
Иммигрантский дневник. Часть № 63.
Иммигрантский дневник. Часть № 62.
Иммигрантский дневник. Часть № 61.
Иммигрантский дневник. Часть № 60.
Иммигрантский дневник. Часть № 59.
Иммигрантский дневник. Часть № 58.
Иммигрантский дневник. Часть № 57.
Иммигрантский дневник. Часть № 56.
Иммигрантский дневник. Часть № 55.
Иммигрантский дневник. Часть № 54.
Иммигрантский дневник. Часть № 53.
Иммигрантский дневник. Часть № 52.
Иммигрантский дневник. Часть № 51.
Иммигрантский дневник. Часть № 50.
Иммигрантский дневник. Часть № 49.
Иммигрантский дневник. Часть № 48.
Иммигрантский дневник. Часть № 47.
Иммигрантский дневник. Часть № 46.
Иммигрантский дневник. Часть № 45.
Иммигрантский дневник. Часть № 44.
Иммигрантский дневник. Часть № 43.
Иммигрантский дневник. Часть № 42.
Иммигрантский дневник. Часть № 41.
Иммигрантский дневник. Часть № 40.
Иммигрантский дневник. Часть № 39.
Иммигрантский дневник. Часть № 38.
Иммигрантский дневник. Часть № 37.
Иммигрантский дневник. Часть № 36.
Иммигрантский дневник. Часть № 35.
Иммигрантский дневник. Часть № 34.
Иммигрантский дневник. Часть № 33.
Иммигрантский дневник. Часть № 32.
Иммигрантский дневник. Часть № 31.
Иммигрантский дневник. Часть № 30.
Иммигрантский дневник. Часть № 29.
Иммигрантский дневник. Часть № 28.
Иммигрантский дневник. Часть № 27.
Иммигрантский дневник. Часть № 26.
Иммигрантский дневник. Часть № 25.
Иммигрантский дневник. Часть № 24.
Иммигрантский дневник. Часть № 23.
Иммигрантский дневник. Часть № 22.
Иммигрантский дневник. Часть № 21.
Иммигрантский дневник. Часть № 20.
Иммигрантский дневник. Часть № 19.
Иммигрантский дневник. Часть № 18.
Иммигрантский дневник. Часть № 17.
Иммигрантский дневник. Часть № 16.
Иммигрантский дневник. Часть № 15.
Иммигрантский дневник. Часть № 14.
Иммигрантский дневник. Часть № 13.
Иммигрантский дневник. Часть № 12.
Иммигрантский дневник. Часть № 11.
Иммигрантский дневник. Часть № 10
Иммигрантский дневник. Часть № 9.
Иммигрантский дневник. Часть № 8.
Иммигрантский дневник. Часть № 7.
Иммигрантский дневник. Часть № 6.
Иммигрантский дневник. Часть № 5.
Иммигрантский дневник. Часть № 4.
Иммигрантский дневник. Часть № 3.
Иммигрантский дневник. Часть № 2.
Иммигрантский дневник. Часть № 1.

А также тег: иммигрантский дневник

Tags: иммигрантский дневник, иммиграция, литература с рюмкой в руке
Subscribe
promo pipokipp august 6, 2014 00:31 16
Buy for 500 tokens
Пью за друзей, мотивирующих меня на эти строки Не скрою: я могу выпить. Предпочитаю красное, сухое вино и коньяк. Что может быть лучше бутылки и закуски на кухонном столе в сумрачный день ? Выпил.. закусил... и вот она - загорелась надежда в глазах. Осознание "прекрасности жизни"…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments