pipokipp


I am russian. I wear fufajka, valenki and shapka-ushanka.


Previous Entry Share Next Entry
Иммигрантский дневник. Часть № 19.
pipokipp
AlpenWendelstein

За спиной остались неиствующие африканцы, сходящие с ума румыны, граждане Балкан и прочие нежелательные элементы. Тонкий лучик света, оставленный щелью между косяком и одной из дверей помог сориентироваться и выбрать нужную бюрократическую контору. Напротив сидел толстяк с багровой физиономией и женщина, напоминающая Надежду Константиновну Крупскую в добрачный период.
- Здраствуйте, я являюсь переводчицей. - женщина указала мне на стул и отвернулась к компъютеру.
Шокированный тишиной после кипящей толпы, растерянно улыбаясь, я уселся напротив этой парочки. Толстяк выглядел помятым после многочисленных проведённых им интервъю, рассказанных людьми из горячих и холодных точек планеты. С отрешённым видом, он хрустнул стопкой формуляров, выложив их на стол и знаком предложил переводчице начинать процедуру.

С меня взяли личные данные. Переглянувшись, чиновники поставили чёрточку в графе "гражданство", так как СССР кривлялся в заключительной фазе клоунады, затрудняя определение статуса. Толстяк морщился при каждом ответе как-будто его пытали иголкой недоверия. Переводчица тоже подозрительно косилась, но исправно занималась работой, спрашивая меня по-русски и тарабанила по клавиатуре, фиксируя ответы.
- Какого числа вы пересекли границу Германии ?
Я не помнил этого. В голове смешались даты и люди. Хотелось, чтобы всё закончилось сейчас-же. Встать со стула, пожать плечами, покинуть противный лабиринт на Унтерсбергштрассе и начать новую жизнь. Хотелось на рок-концерт, в университет, домой. Куда угодно, но лишь-бы подальше отсюда.
- Пару недель назад.
- Через какие страны вы прибыли на территорию страны ?
- Польша.
- Вы уверены в этом?
- Да.
- Расскажите нам о причинах вашего приезда.
Поправляя очки и слюняво перелистывая страницу формуляра, толстяк замученно посмотрел сквозь меня на плывущие за окном облака. Выслушав за сегодняшний день тонны вранья из уст людей прибывающих густым потоком, он с каждым моим словом принимал всё более погребальный вид. Тикают часы на стене, стучат пальцы переводчицы по клавишам и так каждый день. Монотонно и скучно зевая государственные головоногие, подготавливают почву для скорейшей высылки подопечных. Система азюля устроена как мельница, перемалывающая рассказанные истории. Вращается жернов и по краям сыпется мука - сотни тысяч людей приехавших попытать счастье, в итоге получают письмо с требованием покинуть страну. Остаться в игре трудно, почти всегда невозможно. Ну а мне нечего врать и я рассказал историю случившуюся в Москве и послужившую причиной побега. Её размер не превышает печатной страницы, а в сокрашённой форме всё помещается в один абзац.

В Москве, в военном отпуске, мне вырезали аппендицит, но не медики продливают отпуск солдата на время болезни. Такое дело доверено некоему майору Харитонову, заседающему в военной поликлиннике на станции метро Авиамоторная. Майор прочитает, поймёт, простит и заверит в зависимости от настроения супруги и погодных условий. Погода стояла пасмурная, супруга недовольная и поэтому, несмотря на честно вырезанный аппендицит и возникшее осложнение после операции, Харитонов стойко не реагировал на мои многочисленные мольбы. После очередного приезда в военную поликлиннику, он вырвал из моих рук заключение врача и выданные в двадцатой больнице справки. Спрятав их в столе, зловеще произнёс: "Рядовой ! Ты будешь сидеть !" После жалобы на майора в Комендатуру и Министерство Обороны, уже несколько военных организаций обвиняли меня в преступлении, которое я не совершал. Посыпались угрозы судом. Невозвращение из отпуска каралось в армии долгими годами дисциплинарного батальона. Про остров Сахалин и солдат в тяжёлых ботинках десятками часов монотонно марширующих на плацу, ходили печальные слухи. При любом раскладе, майор оставлася в шоколаде, а о подобном, мне даже в Московском Комсомольце читать не доводилось.

- Вас избивали в армии ?
Ответить на этот вопрос мне мешала гордость. В глазах переводчицы заблестело нездоровое любопытство, а толстяк переместил взгляд с облачного неба на стоявший у стены книжный шкаф с пузатыми папками. Решив быть честным до конца, я медленно выдавил из себя:
- Да, бывало.
Поставив резвую галочку в формуляре, мне сказали номер следующего кабинета, куда предстояло идти и попрощались.

В вестибюле оргия продолжалась. Пришлось протискиваться сквозь толпу. Работая локтями и наваливаясь тяжестью тела на возмущённый интернационал, я прорвался к лестнице. На втором этаже распологалось подобие кассы в кинотеатр. Душераздирающая африканская ругань и злые окрики полицейских сменились на гортанный шёпот. В кассе решался вопрос регионального размещения беженца по Баварии. Несколько минут седовласый дедушка за стеклом клацал вставными зубами, а потом доставал географическую карту и пальцем показывал город, где клиент обязан поселиться на время решения его участи во всевозможных инстанциях. Меня распределили в Розенхайм - небольшой городок в альпийском предгоръе по дороге на Зальцбург.


4.
- Эй парень ! Русский, что-ли ?
Я оборачиваюсь и передо мной стоят двое - судя по виду отец и его великовозрастный сынуля.
- Ага. Привет. А вы откуда.
- А мы киевские. Пошли к нам.
Унтерсбергштрассе - это не только место решения организационных вопросов, но и общежитие. Освещённые ртутными лампами в коридорах бегали голозадые дети, не отбрасывающие теней. Пахло апельсиновой кожурой и прелым запахом стираной одежды. Миниатюрный Вавилон никогда не спал, являясь одновременно сомалийской деревней, цыганским табором и югославским микрорайоном. На крепких дверях служебных помещний висели массивные замки, а странно выглядящие многочисленные пустые бутылки в уборной напоминали о дефиците туалетной бумаги в странах третьего мира. Полиция регулярно устраивала облавы, так как общежитие служило местом активной торговой деятельности наркодилеров и магазинных воров. Всего две комнаты были отданы в распоряжение советским гражданам. Встреченные мной украинцы делили быт с Юрием Васильевичем - высоким белобородым стариком и замечательным русским поэтом. На верхней койке спал человек, впоследствии получивший прозвище Баба-Петя за свой депрессивный возраст и голубые наклонности. По соседству проживали шестеро парней из Петропавловск-Камчатского.
- Тут всем отказ лупят. - перебивали друг дружку киевляне - Тебе тоже влупят. Увидишь!
- А чё дальше тогда ?
- До отказа года два ждать. Получим, то мы в Голландию рванём. Там тоже азюль.
- А потом ?
- Потом во Францию. Азюль везде есть.

Парни из Петропавловска разговаривали меньше. Суровая камчатская действительность сподвигла их на отчаянный поступок. Начитавшись в перестроечных газетах статей о том, что "железный занавес открыт" они сделали мудрый вывод: "границы больше нет!" Выпив самогонки, закусив огурцом, начали движение в сторону западных окраин нашей необьятной державы. На нескольких дальнобойных видах транспорта им удалось достигнуть неглубокой реки, отделяющей Союз от Польши. Вновь выпив, закусив, скинув одежду и перекрестившись, они гурьбой вплавь начали переправу. Находившийся рядом пограничный патруль, исполняя долг перед Родиной, открыл ураганный пулемётный огонь по мгновенно протрезвевшим камчадалам. Парни вбегали в чужестранный лес на глазах у ошарашенных поляков, пригибаясь под пулями и проклиная газету, перестройку, гласность и кроя матершиной друг друга.

Мелнахоличная колония соотечественников существовала обособленно от нестихающей бури в унтерсбергском крысятнике. Баба-Петя, украинцы и алкаши-камчадалы заслушивались стихами Юрия Васильевича. Держа черновик в руках, он декламировал голосом кардинала стоя у тумбочки. Его строки о воскрестных благовестах напоминали, что Крёстный путь не окончен, о гибели врагов пронзённых шпагой и много ещё чего-такого интересного, что заставляло затихнуть. Лишь всхлипывание прослезившегося Бабы-Пети и далёкие гортанные звуки чернокожих пастухов за дверъю нарушали святую тишину.

К счастъю, проживание у Доры и Штефана избавляло меня от ночлега по соседству с обаятельным обществом пожирателей фиников и мамалыги. Поздней ночъю, греясь на уютной кухне, я учил немецкий. Будущее непосредственно связано со знанием языка в новой стране. Каждое зазубренное слово, фраза, речевой оборот придают уверенности, а в итоге из спины вырастают крылья. Иммигранты в Германии, однажды, если услышите от незнакомого немца, что-то наподобие: "Вы там... в Австрии... все немного больны на голову" - тогда хватит. Захлопнув учебник и улыбнувшись, ощутите полноценность чайки над морскими волнами !


10. Розенхайм
1.
В пятницу, выспавшись, я деловито шагал на мюнхенский вокзал освобождённый от необходимости убедительного повествования душещипательной истории чужим людям в надежде на ночлег. Проверив бумажку с распределением, продавец билетов протянул проездные документы в Розенхайм.

Поезд покинул вокзал, предоставляя мне возможность рассматривать холмистый пейзаж, прижавшись носом к стеклу. До Розенхайма сорок минут езды. Мелькали отштукатуренные домики с коричневыми крышами, тянулись поля, а иногда появлялась церковь с куполом как у русских православных церквей - точно такая-же луковица, но нанизанная на стройную башню. Холмы росли, снега стало больше и тогда возникли эти необыкновенные горы. Вначале как светлые тени, сливающиеся с небесным туманом на горизонте, а потом всё отчётливее и ближе. Это стая лебедей, застывших в танце и превратившихся в лёд. Их накрыли белоснежным одеялом зимы, чтобы согреть и весной они, вскинув шеи, вновь поплывут к радуге по кристально-чистой воде. А в самом центре гордо возвышается Вендельштайн - молчаливый защитник каменно-еловой вселенной. Он охраняет чудесный уголок Германии, может быть, её самую живописную часть. Нет, я не набожен. Но рассматривая Альпы в первый раз, я точно знал, что сила создавшая эту величественную красоту - божественна.

Спустившись по ступенькам от стекляшки фасада розенхаймского вокзала, попадаешь на людную улицу с кучей магазинчиков и кафешек. Организация, куда мне нужно, называется Ладратсамт - это подобие исполкома. Вокруг всё такое весёленькое, живенькое и мотивирующее. Поэтому, я не спешил с поисками, а глазел на витрины. В Розенхайме проживает около шестидесяти тысяч человек, но несколько прилегающих деревень и городков превращают его в настоящую провинциальную метрополию, увеличивая количество жителей почти в два раза. Да, чуть не забыл, в Розенхайме родился небезызвестный Герман Геринг. Однако, тухлое дыхание фашистского преступника никак не влияет на местных обитателей.

В пять часов вечера, передо мной возникло здание Ландратсамта-исполкома. Двери в него были закрыты и дворник, подметающий площадь, посоветовал придти в понедельник - то есть, через два дня. Денег у меня не было ни копейки. На улице начались сумерки и с Альп подул лёгкий ветерок, пронизывающий до костей. Единственное знакомое место - это вокзал с тёплыми отопительными батареями около лавочек. Усевшись на одну из них, я решил скоротать время и посмотреть, что будет.

На лавочке происходили события. Человек подходит, разворачивается к ней спиной и садиться. Если он одинок, то смотрит вдаль, в стену напротив. А если это туристы или лыжники, то они громко болтают, смеются и всем своим видом показывают невозможность начать разговор по делу. Когда снаружи количество такси стало сокращаться, а пассажиры перестали шмыгать перед глазами с частотой поломанного маятника, то на другом конце лавочки примостился лысый громила с небритым лицом. Он смотрел на меня большими грустными глазами, положив спортивную сумку себе на колени. В итоге мы остались совсем одни. В час ночи вокзал закрыли, а мы продолжали коситься друг на друга спускаясь по вокзальным ступенькам снаружи и ёжась от мороза.

Громила оказался итальянцам ни слова не говорящим по-немецки. Объясняясь знаками, он дал понять, что у него билет до Венеции и ни гроша за душой. Подпрыгивая от холода, мы обогнули пивоваренный завод и большая пластиковая помойка навела меня на мысль, что если достать оттуда куски картона и развести костёр в ближайшем лесу, то мы сможем согреться. Итальянец расхохотался, назвав меня "идиото", но в помойку полез вслед за мной. Вывалив несколько телевизионных коробок, мы вылезли и начали рвать их на части, чтобы было удобнее тащить в место потемнее и поглуше. Итальянцы, вообще, народ разговорчивый. Громила болтал без умолку на своём наречии, со знанием дела разрывая картон на части и грохотом помойки привлекая внимание выходящих из кабака людишек. Бросив коробки, он затеял разговор с одним из них и через несколько минут нас поили чаем около барной стойки. Переночевали мы у кондуктора электрички в том-же самом доме.

Утром, итальянец отчалил в далёкую Италию, а я категорическими методами искал новую возможность провести ночь в тепле. И это мне удалось, умаслив возвращающегося из отпуска усатого розенхаймца. Познакомиться и договориться о ночлеге стало рутиной.

В воскресный полдень вместе со мной на лавочке расположился долговязый кудрявый человече расхлябанного вида. Бегающий взгляд, трясущиеся телодвижения и весёлая манера приставать к симпатичным привинциалкам выдавала в нём югослава.
- Здраво, братко. Разумешь по сербо-хрватски ?
Я обрадованно смотрел на него. Рыба клюнула без наживки.
- Не, не разумлю. Я русский.
Югослава звали именем достойным жителя балканского полуострова - Юго.
- Знам где русские. Пойдэм.
И он повёл меня по баварским улочкам, по центральный площади, мимо рококо и барокко, двух больших церквей, через средневековые арки,  белый парк и перекрёстки. Юго вёл себя шумно и бесцеремонно орал:
- Русский смотри! Пичку-матэри. Добра жэна!
Тыкая пальцем в длинноногих томных красавиц, мой спутник доходчиво давал понять каждой, как крепко он будет её любить, если она изъявит желание с ним уединиться. Обгоняя, он заглядывал ошарашенным девушкам в лица и к одной полез обниматься. Она бежала от него опрометъю, а Юго кричал вслед:
- Жэна !! Молим !! Волим тэбя !!
Повернувшись ко мне и пустив слюну, он произнёс потише:
- Добра курва.


2.
Розенхайм - богатый город. Розенхайм сверкает витринами. Краска зданий умиляет любого перфекциониста. Бюргеры в баварских шапочках с пёрышком важно оттопыривают животы, доставая кошельки в пиццериях, а их семъи гордо смотрят из жирных автомобилей. Заносчивая манера и кажущаяся скрытность - лишь скорлупа, хранящая глубокую религиозность этого народа и его крестъянскую простоту. Верность традициям - это способ показать свою принадлежность к общине и розенхаймские обитатели славятся своими консервативным подходом к бытовухе. Поэтому, подобные Юго становяться изгоями. Их коричневые старые куртки слишком малы, штаны слишком широки, стоптанная обувь слишком грязна и самое главное - их хитрый взгляд, отталкивают местных аборигенов. Это преступники без преступления, воры без кражи, наркоманы без кокаина. Это азюлянты - люди попросившие политическое убежище и по воле провидения, оказавшиеся в альпийском городке. И для таких как они создан азюльхайм - общежитие беженцев. А на русском жаргоне, принятом в этих местах - азюлятник.

На Кёнигштрассе расположено здание, напоминающее дворянскую виллу времён Пушкина. Фасад с треугольной крышей, большие окна и релъефы колонн. В Малоярославце или Череповце в таком доме может распологаться районный краеведческий музей или клуб. Отсутсвие лоска в ободранной штукатурке в сочетаетнии с стоящими кофеварками за мутными окнами выдают в плачущей по ремонту или сносу постройке, азюлятник. Крохотное гетто, живущее отдельно от остального города, вызывающее поведением пришельцев гнев коренного населения. В одном из залов, разгороженном железными шкафами на отдельные комнаты я встретил Белоруса и Олега - водителя сто восемдесят пятого автобуса в городе Москва. Этот маршрут проходил около моего дома и мне доводилось пользоваться им каждый день. Олег - типичный москвич, а Белорус был коренастым, крепким парнем из страны в честь которой его и называли. Они рассказали, где раки зимуют - о полном бесправии азюлянтов.

Я, конечно, верить не хотел:
- А что делать-то теперь ?
- Завтра в Ландратсамт сходишь и сам увидишь. Хотя, ты дезертир - может и дадут тебе паспорт. Да, и не забудь там... тебе должны чек дать и по нему ты сможешь одежду приобрести. Эти чеки в C&A отоварить можно. Ещё 280 марок в месяц полагается и койка. Вон, у нас свободная стоит. - Белорус показал именно на ту кровать, где я сидел.
- А работать разрешается ?
- Ага. Но только смотри, на халяву не надейся. У меня ВУЗ за плечами, а приходиться на стройке вкалывать и уже плечо болит - зимой, ведь не сахар на сквозняке. Работа - это единственное, что можно делать, ну ещё и дышать, помимо того. Не доволен? Пиши жалобу. - Олег с Белорусом рассмеялись. - Вон в Бельгии по-другому. Туда сейчас много народа валит. Югославы рассказывают, что там на корабль запрыгнуть можно.
Я удивённо смотрел, а они радовались новому земляку и перебивая друг друга продолжали:
- Там целая мафия в порту. Даёшь румынам деньги и плывёшь в Канаду. Ну а в Канаде... там для всех канадский паспорт гарантирован. Мы может рванём, но сейчас зима ещё, работать надо. Летом, наверное, попробуем. Ты сам смотри. Понравиться в Розенхайме - останешся. У тя легенда верная. Здесь дезертиры на вес золота.

Главной гадостъю было ограничение в перемещении. Азюлянтский папирус запрещал выезжать за пределы розенхаймского района - территории размером тридцать на пятьдесят километров. Поездка в Мюнхен уже считалась нелегальной и каралась денежным штрафом. В последствии, я познакомился с прочими запретами, некоторые из которых нарушали Декларацию Прав Человека. И я завидовал русским немцам, получившим паспорта по приезду и супругам граждан Германии, которых власти кормили с ложечки, разрешая всё. Азюлянт - это самая тяжёлая школа иммиграции в современной Европе, это моё истинное высшее образование, гигантское болото, через которое я прошёл и чем втайне горжусь. Через него прошли многие мои друзья, которые теперь знают цену вещам, кажущимися с первого взгляда элементарными. Некоторые из них погибли на этом пути.


Продолжение будет

Иммигрантский дневник. Часть № 43.
Иммигрантский дневник. Часть № 42.
Иммигрантский дневник. Часть № 41.
Иммигрантский дневник. Часть № 40.
Иммигрантский дневник. Часть № 39.
Иммигрантский дневник. Часть № 38.
Иммигрантский дневник. Часть № 37.
Иммигрантский дневник. Часть № 36.
Иммигрантский дневник. Часть № 35.
Иммигрантский дневник. Часть № 34.
Иммигрантский дневник. Часть № 33.
Иммигрантский дневник. Часть № 32.
Иммигрантский дневник. Часть № 31.
Иммигрантский дневник. Часть № 30.
Иммигрантский дневник. Часть № 29.
Иммигрантский дневник. Часть № 28.
Иммигрантский дневник. Часть № 27.
Иммигрантский дневник. Часть № 26.
Иммигрантский дневник. Часть № 25.
Иммигрантский дневник. Часть № 24.
Иммигрантский дневник. Часть № 23.
Иммигрантский дневник. Часть № 22.
Иммигрантский дневник. Часть № 21.
Иммигрантский дневник. Часть № 20.
Иммигрантский дневник. Часть № 19.
Иммигрантский дневник. Часть № 18.
Иммигрантский дневник. Часть № 17.
Иммигрантский дневник. Часть № 16.
Иммигрантский дневник. Часть № 15.
Иммигрантский дневник. Часть № 14.
Иммигрантский дневник. Часть № 13.
Иммигрантский дневник. Часть № 12.
Иммигрантский дневник. Часть № 11.
Иммигрантский дневник. Часть № 10
Иммигрантский дневник. Часть № 9.
Иммигрантский дневник. Часть № 8.
Иммигрантский дневник. Часть № 7.
Иммигрантский дневник. Часть № 6.
Иммигрантский дневник. Часть № 5.
Иммигрантский дневник. Часть № 4.
Иммигрантский дневник. Часть № 3.
Иммигрантский дневник. Часть № 2.
Иммигрантский дневник. Часть № 1.


А также тег: иммигрантский дневник


promo pipokipp november 9, 18:09 61
Buy for 500 tokens
27. Адвокат с фамилией Борман 1.Приехал и снова уехал брат. Он привёз российский загранпаспорт, купленный им для меня у ментов. Испустили дух Фиат и Форд Гранада. Их ржавые тела безмолвно коптились под весенними лучами около подьезда в фраздорфский дом. Жильцы богадельни сменили куртки на…

  • 1
Так а чего все-таки с американцами не получилось? Просто передали немецким коллегам или вопросы интересные про ЗГВ задавали, на которые отвечать не хотелось?

С ними получилось. Только узнал я об этом много лет позже. В принципе, я написал об этом.... намекнул. Если-бы не пошёл туда... если-бы все солдаты туда не пошли - то всё было-бы совсем по-другому.
Они папирусы не выдавали - всё-таки другая страна... не США, в смысле. И поэтому пришлось через немцев делать.

Люди через круги ада проходили, чтобы получить немецкое граждантсво. А мой брат Дурак сам не захотел жить в Германии. Дурак Именно с большой буквы. У него жена немка - дочь репрессированных родителей . Но он уперся рогом - "не люблю немцев " . Так и живут в Казахстане. А главное что и дети из-за него тоже . Я бы на месте его жены бросила его нафик и уехала без него, хотя бы ради детей.
Давно нет продолжения чего-то ) Я , кстати , тебе еще читателей подогнала).

Я отвечу попозже. Я в Москве щас и с мобильника. Вернусь через неделю и поставлю.
И спасибо...

Вот... вернулся. Вообщем, каждый сам выбирает. Но, мне кажется, что всё-таки лучше свалить из Казахстана. Всяко может там быть. Тем более, что русских и немцев там немного осталось.

С приездом)
Однозначно лучше свалить из Казахстана. Как ни крути - Казахстан не родная земля. Так уж лучше в Германию. Но мне кажется , что у него главная причина - страх одиночества среди иностранцев. Ну это со многими случается, а у него еще и характер непростой.
Как Москва?) Мне кажется, что быстро меняется в лучшую сторону при Собянине, хоть его и ругают.

Москва - нормально, только холодно. Друзья итд... Но медицина - это нечто. Каждый раз сталкиваюсь с новыми фокусами. Через 3 недели снова поеду. :-)

И это в Москве такая медицина. Представь что творится в провинции ( .

Ужасно это. Там ещё реформу придумали и ухидшили всё. Врачи жалуются... те кто из моих знакомых. Ну и маму одного из лучших друзей уволили - она более 40-а лет проработала на её работе. Трындец !

Трындец!
У нас и в образовательной системе тоже самое сейчас. У меня подруга методист-дефектолог в детском саду. Работает с отстающими в развитии детьми. У них там тоже начались глобальные сокращения и соответственно оставшихся заваливают непомерной работой. Вот она говорит , что плачет на работе каждый день - ничего не успевает. И понятно как это теперь скажется на качестве работы.
А ты себе не представляешь какой бардак у нас в авиации. Мне однажды один бывший высокопоставленный чиновник трансаэро, будучи в легком подпитии, поведал о таких косяках, что я теперь просто боюсь летать, особенно на чартерах.

Мдя... Возникает вопрос: когда исчезнет вся эта убогость ? Вроде люди умные, грамотные, всё понимают. Я на той неделе в поликлиннике был... ходил справку забирать для мамы. Так это клоунада какая-та. 15 человек и все одновременно рвуться к врачу, а врачиха злая как собака. В Бундесе реально этого нет. Бывает, что надо подождать минут 20-30 в приёмной, но с таким ни разу не сталкивался. На самолётах можно не летать, а здоровъе - важнейшая вещь. И врачи грамотные есть и я видел их... лично знаком. Но, организация ! Организация - это кабздец.

//15 человек и все одновременно рвуться к врачу, а врачиха злая//
Так оно было и до реформ в медицине. Работающие граждане все в платные клиники ходят, т.к просто некогда сидеть в огромных очередях. А пенсионеры в очередях в поликлиниках. Я ходила как-то к невропатологу в нашу поликлинику со спиной - еле высидела с болью в спине. Сидела весь день , т.к пропускала без очереди то ветеранов, то совсем стареньких. А одна бабуля пришла и сразу стала орать " я нервнобольная - пойду без очереди! " ))))))) Кто как может выживает )))
Вот такая якобы бесплатная медицины - все ходят к платным, кроме пенсионеров.
// Вроде люди умные, грамотные, всё понимают//
В ближайшие десятилетия ничего не изменится. Это системная "болезнь" . Власть дружит с криминалом , варятся в одном котле. Как развязать это клубок? Вот поэтому я отношусь лояльно к украинцам - они хоть пытаются что-то изменить. Да, это очень рискованно , но кто не рискует... Вот как ты - рисковал и выиграл, а ведь понимал, что мог и в тюрьму загреметь. Вот так и украинцы сейчас - или пан или пропал. Я хочу, чтобы у них все получилось.

Для меня, Украина - плохой пример для подражания. Народ вышел на улицы с лозунгами. Ни один из них не был выполнен новой властъю. Особенно умиляет лозунг "Украина без олигархов". А к власти пришли олигархи и ещё какие. Я был на Майдане и собственными глазами видел, что хотел народ. Ну а запад ? ему по-барабану. Вообщем, украинский народ кинули по полной программе, да ещё и война спровоцирована была. Отняли последнее у людей. Украина - это совок... к сожалению.

Поживём... увидим, вообщем.


  • 1
?

Log in