pipokipp


I am russian. I wear fufajka, valenki and shapka-ushanka.


Previous Entry Share Next Entry
Иммигрантский дневник. Часть № 2.
pipokipp
Armee01

2. Москва - Польша
1.
Я стоял в тамбуре вагона в шинели и чёрным чемоданом, вдыхая кислый запах вокзала.  До отправления оставалось минуты три, а моя седеющая мать давала последние напутствия:
- Ну давай, мой мальчик. Ты должен !

Только ехать мне никуда не хотелось, тем более в месторасположение моей воинской части - Виттенберг, где всемирно известный богохульник Мартин Лютер ввёл в непонятку миллионы людей, вывесив на двери Замковой церкви какую-то бумажёнку, впоследствии получившую известность под названием "Девяносто пять тезисов". Смотря на мать, я представлял, как она нырнёт в метро и скоро будет дома, а мой отьезд казался каким-то сюрреализмом.


- Граждане пассажиры, поезд Москва-Брест отправляется с третьего пути !!! - прогремел зычный женский голос.
Проводник с грохотом закрыл дверь вагона и состав медленно, подёргиваясь и полязгивая на стрелках отчалил из Москвы. Мимо поплыли вокзальные постройки, силуеты провожающих, какая-то индустрия и огни, огни, огни. Поезд набирал ход, всё чаще стучали колёса, а огней становилось всё меньше и в один прекрасный момент стало совсем темно. Едва различимы стояли тёмные деревья и чувствовалось, что едем через непрекращающийся лес.

Соседом по купе попался тихоня-старик. По манере выговаривать слова, я догадался, что мой попутчик из Белоруссии. Явно уставший от поездки в Москву он был молчалив, развязал свой узелок, достал варёную курицу, яйца и прочие типичные во время поездки в поездах причендалы.  Помимо всего прочего при нём имелся журнал "Огонёк".  Читать как назло было нечего и я подумать не мог, какую роль сыграет этот, лежащий на столике, журнал в моей истории.

Старик аппетитно занялся поеданием уже холодной курицы. Раскачивание вагона соответствовало четырёхбальному землятресению по шкале Рихера. Белоруса это ни капельки не отвлекало. Он проигнорировал мою просьбу почитать номер "Огонька", который манил статьями о Пушкине или Гоголе, чёрно-белыми фотками каких-то политических деятелей, танцовщицами, певицами, бронетехникой, комбайнёрами и прочей информацией. Как полагается любому уважающему себя советскому журналу, естественно, там находился раздел с художественным произведением - длинный рассказ о том, как в далёкие семидесятые невыездной геолог несколько лет подряд готовился к бегству из СССР на дикий запад. О том как он тренировался плавать, бегать и карабакаться по утёсам. Закалял имунную систему, подготавливался ментально, читал различные религиозные книги. Все думали, что он просто занимается спортом, а у него имелся план. Он истязал себя как только мог для того чтобы однажды настал его день побега. Прыгнув с круизного корабля, не заходящего ни в один порт, где-то в океане, геолог за десять часов доплыл до островка, находящегося под американским претекторатом. На берегу его, измученного усталостью, подобрали местные туземцы. В последствии этот человек стал профессором университета, если не ошибаюсь - в Израиле. История была красочная и очень романтичная, отдалённо напоминающая рассказы Джек Лондона. Мне представились пальмы, аборигены, геолог, благодарящий бога акул за то, что его не сьели, подходящие к нему в надбедренных повязках и не знающие снега, загорелые представители местных органов власти.

Вот тут и закрался вопрос в мою буйную голову:
- Чем я хуже этого человека?
СССР лежал лицом в грязи, меня ожидали четыре года дисциплинарного батальона за симуляцию и невозвращение из отпуска. Власти, на закате своего существования, усиленно практиковали общественно-показательные суды, проводимые, как правило, в клубах воинских частей. Подобный суд не на шутку страшил меня.

Терять нечего. Напротив уснул белорусский старик, ну а мне было не до сна - передо мной возник другой мучительный вопрос:
- Кто меня там ждёт ?
Ответ на него нашёлся удивительно быстро и как-бы сам по себе: никто не ждал. Не было знакомых, родственников, знакомых знакомых, ну просто никого. Только где-то в далёкой Новой Зеландии проживал мифический брат моей покойной бабушки, попавший туда после Великой Отечественной.

 Мой юношеский оптимизм даже в этом жутковатом ответе при десятиградусном морозе за окном купе, видел свои преимущества:
- Никто не ждёт - ну и не надо. На юге Европы теплее. Туда и рвану !

Читая Монте-Кристо в школьные годы, я уже знал о существовании города с названием Марсель во Франции и выбрал его окончатеьной целью. Там растут пальмы - значит не бывает зимы. Одежды с собой не было, кроме шинели и военной шапки-ушанки - Выкручусь ! Денег двадцать пять советских рублей - Выкручусь ! Из документов - только военный билет. В чемодане какая-то чушь, никак не пригодная для моего зародившегося плана, в том числе  - тёплые носки и крайне необходимый в армии кипятильник. Ну ещё справки от различных врачей и подполковников. И будь, что будет. Я выкручусь. Обязательно выкручусь. Геолог-же спасся. Колёса стучали. Смотря на пролетающие мимо тусклые фонари и закрытые шлагбаумы, убаюканный своей идеей, я уснул.


2.
Проснулся от толчка поезда. За окном было уже светло и виднелось большое белое здание. Народ с чемоданами и мешками толпился в проходе - приехали в "Брест". Накинув шинель и смешную солдатскую ушанку, я стал протискиваться по направлению к выходу.
- Мдаааа... Мамины пирожки закончились.
В данный момент я являлся самым что ни на есть обыкновенным рядовым, возвращающимся из отпуска в родимую, горячо ненавистную, воинскую часть. Только вот отпускной у меня просроченный месяца так на три и там нехватало необходимой печати из комендатуры.

На перроне слышались крики, бежали какие-то люди - вся сцена напоминала кадры из фильма о гражданской войне. Для полноты пейзажа были нужны лишь распевающие революцинную песню матросы с патронташными лентами, тянущие за собой пулемёт Максим. Слышилась польская речь - аккуратно одетые поляки о чём-то испуганно  переговаривались между собой. Отсюда до Варшавы ближе чем до Минска. Приятно ночью в купе думать о далёких аборигенах, но совершенно другое упадническое ощущение овладело мной на вокзале Бреста.

В отличии от геолога с круизного корабля, я не проходил никаких многолетних тренировок. Ими являлись ребята во дворе, дедовщина в армии. Хочу с гордостью отметить, что мне довелось с относительным достоинством выдержать первый год службы и меня удостоили чести перевести в так называемые "черпаки" - некое подобие "дедов". Вообщем, это когда тебя уже не лупят, а ты имеешь право лупить и всячески измываться над молодняком. Избивать в каптёрке кого-либо желания не возникало. Но другими, материальными радостями черпачьей жизни посчастливилось наслаждаться около одного месяца: дешёвое вино с шоколадом, спрятавшись ночью от офицеров, отсутствие физической работы и самое главное -  никаких ночных прокачек, сопровождавшихся обильными тумаками.

В армии не бьют по лицу, чтобы избежать синяков, которые сразу видны любому офицеру. В армии бьют в "фанеру", то есть в грудь. Со всей силы... так, что захватывает дыхание, глаза на мгновение выпрыгивают из орбит, а потом по телу льётся мерзкая боль. Тебе дают откашляться, а потом ещё раз... и ещё. Вообщем, "фанера" неприятно побаливала, только какая теперь разница. Размышляя, я уселся в зале ожидания и стал просто сидеть, смотря сквозь проходящие мимо меня туловища пассажиров. Я ничего не ждал и жутко хотелось домой. Позади лежали болотистые равнины Белоруссии, впереди , всего в нескольких сотнях метрах, огромая колючая проволока, обволакивающая по периметру Советский Союз.
- Господи, чё делать-то ?

Громкий голос вывел меня из сонливой задумчивости.
- Товаришь рядовой, предьявите документы !
Я вздрогнул от неожиданности и поднял глаза. Передо мной стоял лейтенант и два сопровождающих его солдата с красными повязками на рукавах - однозначно патруль. Порывшись во внутреннем кармане шинели,  пришлось достать военный билет и протянуть лейтенанту.
- Таааак ! - протянул лейтенант, листая страницы билета - Мы как раз таких как ты ищем... Сейчас набирается команда для разгрузки вагонов с углём и ты пройдёшь с нами.
Такой расклад никак не вписывался в мои планы.
- Какие ещё вагоны с углём ? Разгрузки угля ещё не хватало.

Узкоглазый солдат, стоявший за спиной лейтенанта буркнул:
- Ну и на водку нам надо.
Вообщем, дело ясное. Достав кошелёк, я смущённо отсчитал двадцатьпять рублей - все мои деньги. Лейтенант кивнул головой и посоветовал, чтобы я лучше на вокзале не шлялся, а шёл в небольшую воинскую часть, находящуюся неподалёку. Там не будет патрулей, там тепло и покормят.

Холод не располагал к прогулкам по бесцветному, зимнему Бресту, но спрятав нос в поднятом воротнике своей шинели, пришлось брести по названному адресу. Позвякивание мелких денег в моём кармане и хрустящий снег под ногами создавали некое подобие джаза. В него колоритно вписывлось карканье ворон и сигналящие автомобили, ну ни дать ни взять - соло на тромпете. Под это соло я позвонил в входную дверь контрольно-пропускного пункта. Солдатик, высунувшийся из КПП со скукой перелистал мой военный билет:
- Всё в порядке. Проходи.

Дверь открылась и меня пропустили на территорию крохотной воинской части, состоящий из этого КПП, одноэтажной казармы и зелёного забора вокруг. Общая площадь двора была не более трёхста квадратных метров и единственным предназначением являлся сбор так называемой "Команды военнослужащих, допущенных к пересечению границы для службы за рубежом". Тот-же самый солдат записал моё имя в тетрадку:
 - Ну... Располагайся. Иди в казарму и ищи свободную кровать.

Многочасовое сидение на вокзале и последовавший за ним джаз-марш по Бресту утомили. Наконец-то тепло и сухо. Ещё больше радовала безразличная халатность солдатика, никаким образом не среагировавшего на то, что по документам я должен был быть уже три месяца назад на территории части для прохождения воинской службы. Толи он не заметил, толи ему было всё-равно. Вообщем, у меня появилась лёгкая надежда на то, что будет возможность пересечь государственную границу. Сосало под ложечкой. Ведь любой офицеришка или прапорщик с ненужными вопрoсами в самый неподходящий момент мог поломать идею перемещения на родину д'Артаньяна. Офицеришки в поле зрения не было и мысли о воинской части в городе Лютера смешивались с мыслями о раскидистых сочно-зелёных пальмых в марсельском порту.

Ночевать пришлось на деревянной лавке и без каких-либо признаков наличия постельного белья. Так спали все солдаты в этой казарме. А на следующее утро подъём в семь утра. От ранних подъёмов я успел поотвыкнуть за время пребывания дома. Зима, холодрыга, за окном темно, надо продирать глаза и куда-то идти.

Буцанец - Я !!
Касатиков - Я !!
Иващенко - Я !!
Плакса - Я !!
... и так далее, по списку. На небольшом плацу, перед казармой пузатый человек в офицерской шинели и фуражке громко зачитывал фамилии стоявших перед ним по стойке смирно солдат.
- Блин. Зачитают-ли меня ? - крутилось в голове,  а проклятый список не заканчивался.

И всё новые и новые имена.. русские, украинские, белорусские, какие-то непонятные... малых народов, в том числе состоящие из двух-трёх букв. В команде насчитывалсь пара сотен человек всевозможных национальностей в чёрных, зелёных, красных, светло-голубых, тёмно-синих погонах со всвозможным лычками и без лычек, и с золотыми буквами "СА". Низкорослые хлюпики-стройбатовцы, широкоплечие десантники, киргизы-танкисты и прочие. Подобно персидской армии царя Ксеркса, Красная Армия состояла из кого угодно, так как всех объединяла идея, выглядящая на начало девяносто второго года, абсурдной - защита общего Отечества.  Советский Союз-то разваливался, а мы стояли и слушали пузатого человека в офицерской шинели всё ещё вместе.

Моя фамилия была зачитана предпоследней, что вызвало внутренний вздох облегчения и марсельские пальмы в сознании сразу стали намного ярче и отчётливее.

Начался рассвет. Приехало несколько грузовиков, один из которых привёз полевую кухню. Нам раздали котелки и ложки. Солдатиков кормили перед долгой дорогой. Многим есть не хотелось, так как большинство народа находилось в мрачном похмелье после армейских проводов, а в чемоданах-сумках-котомках практически у всех, кроме меня, имелась домашняя пайка. Тем не менее, люди кушали картофельное пюре с жареной рыбой и с "чернягой" - армейским чёрным хлебом. Я не в курсе кто и как делал этот хлеб в армии. Он отличался резким вкусом и свойством лепить из него как из пластилина. Если кинуть кусок такого хлеба в стену, то он прилипнет.

А потом мы поехали к вокзалу в этих-же "нескольких" грузовиках. Я не любил ездить в кузове зимой, но даже в мороз, это значительно сподручнее, чем переться через пол-Бреста с громоздким чемоданищем в руках. Ехал, перешучиваясь со всеми, а с парочкой нашёл общий язык, даже немного подружился, обсуждая их и свою собственную воинские части и о том как хорошо было в отпуске.

В секундном темпе меня всасывала армейская жизнь. Незаметно опять стал привычен армейский жаргон, некий облегчённый диалект "фени", используемый в советских тюрьмах. Стёршиеся за три с лишним месяца в Москве словечки: "слоняра", "рыбалка", "сека" и так далее, с новой силой приобретали актуальность. Все эти изречения имели русское звучание, но значение их никак не совпадало с значением в русском языке. В Западной Группе Войск, насчитывающей в тот момент более чем полумилионную армию к русским изречениям примешивались ещё немецкие и польские - например - слово "вифиль". С немецкого, оно переводиться как вопрос "сколько ?", но я этого не знал, считая "вифиль" существительным. В случае употребления этого слова старослужащим солдатом, молодому солдату - "слоняре", надо безошибочно дать в ответе количество дней, сколько старослужащему осталось до выхода регулярного "Приказа министра обороны СССР о демобилизации солдат и сержантов срочной службы". Ошибка в ответе имела фатальные последствия: от злостного мордобоя до многочасовой прокачки ночью в казарме. Поэтому слоняры всегда внимательно считали дни до Приказа и вели календарь. Каждый слоняра имел своего собственного дедушку-старослужащего, в любой момент готового дать по башке за ошибку. Мне, как "черпаку" уже не надо знать точный ответ на на подобные вопросы. Однако, не буду мучить солдатским жаргоном. Грузовики ехали по Бресту к вокзалу, солдаты подпрыгивали на лавках в кузове и всё шло по плану.



Продолжение будет...

Опубликованные части:
Иммигрантский дневник. Часть № 50.
Иммигрантский дневник. Часть № 49.
Иммигрантский дневник. Часть № 48.
Иммигрантский дневник. Часть № 47.
Иммигрантский дневник. Часть № 46.
Иммигрантский дневник. Часть № 45.
Иммигрантский дневник. Часть № 44.
Иммигрантский дневник. Часть № 43.
Иммигрантский дневник. Часть № 42.
Иммигрантский дневник. Часть № 41.
Иммигрантский дневник. Часть № 40.
Иммигрантский дневник. Часть № 39.
Иммигрантский дневник. Часть № 38.
Иммигрантский дневник. Часть № 37.
Иммигрантский дневник. Часть № 36.
Иммигрантский дневник. Часть № 35.
Иммигрантский дневник. Часть № 34.
Иммигрантский дневник. Часть № 33.
Иммигрантский дневник. Часть № 32.
Иммигрантский дневник. Часть № 31.
Иммигрантский дневник. Часть № 30.
Иммигрантский дневник. Часть № 29.
Иммигрантский дневник. Часть № 28.
Иммигрантский дневник. Часть № 27.
Иммигрантский дневник. Часть № 26.
Иммигрантский дневник. Часть № 25.
Иммигрантский дневник. Часть № 24.
Иммигрантский дневник. Часть № 23.
Иммигрантский дневник. Часть № 22.
Иммигрантский дневник. Часть № 21.
Иммигрантский дневник. Часть № 20.
Иммигрантский дневник. Часть № 19.
Иммигрантский дневник. Часть № 18.
Иммигрантский дневник. Часть № 17.
Иммигрантский дневник. Часть № 16.
Иммигрантский дневник. Часть № 15.
Иммигрантский дневник. Часть № 14.
Иммигрантский дневник. Часть № 13.
Иммигрантский дневник. Часть № 12.
Иммигрантский дневник. Часть № 11.
Иммигрантский дневник. Часть № 10
Иммигрантский дневник. Часть № 9.
Иммигрантский дневник. Часть № 8.
Иммигрантский дневник. Часть № 7.
Иммигрантский дневник. Часть № 6.
Иммигрантский дневник. Часть № 5.
Иммигрантский дневник. Часть № 4.
Иммигрантский дневник. Часть № 3.
Иммигрантский дневник. Часть № 2.
Иммигрантский дневник. Часть № 1.

А также тег: иммигрантский дневник




promo pipokipp november 9, 18:09 61
Buy for 500 tokens
27. Адвокат с фамилией Борман 1.Приехал и снова уехал брат. Он привёз российский загранпаспорт, купленный им для меня у ментов. Испустили дух Фиат и Форд Гранада. Их ржавые тела безмолвно коптились под весенними лучами около подьезда в фраздорфский дом. Жильцы богадельни сменили куртки на…

  • 1
Круто! Хоть уже и знакома с твоим рассказом, но снова прочитала с большим удовольствием. Давай сюда продолжение.

Будет-будет... но не всё-же сразу ;-)

Хачу сегоооооооодняяяя!!!! Или под утренний кофе. А? Ну будь человеком :-)))))

Еще лучше, что почти невозможно! Ждемс

Спасиб-спасибо. По-возможности... Это года четыре назад писано :-)

ой как интересно что дальше-то )

Дальше еще интереснее...

я даже попыталась предугадать, но не смогла )

Предугадать там сложно :-)
Придется дождаться продолжения....

:-)
Не всё сразу... Да и много его. Ну и какая-то интрига должна быть.
Очень рад, что Вам понравилось.

Привет. Я живу в Германии. Тоже было много разного. Удовольствие получила колоссальное. Читала эмигрантские дневники , немало. Ваш лучший. Ярко, образно, несколько раз с трудом сдержала слезы. Вам счастья, здоровья. Жду продолжения

Спасибо огромное.
По тегу "иммигрантский дневник" посмотрите - там 25 частей. Т.е. это не последняя.
И "продолжение будет"
:-)

Привет! Начал читать ваш дневник...затягивает! Можно смело печатать книгу!) Удачи Вам!

Спасибо. Может и попробую напечатать. Щас лето было и постил мало его. :-)

Вот честно , много чего начинал читать из нынешних отечеств но так не затягивает!)

Ещё раз спасибо. Как раз есть позже про беженцев. Трындец был тогда. Ещё хлещще чем сейчас.

Начал читать сначала)

Не совсем разобрался в хронологии..
В 1 части про Крым и поиски тебя ментами..
В этой - ты уже возвращаешься. Верно я понял что изначально ты просто не приехал в часть из отпуска? Ну т.е. приехал с опозданием в 3 мес. и не в свою часть?

Есть скачок во времени назад на несколько дней. И место другое... конечно. Потом хронология будет соблюдаться.. Про ментов мне мама рассказала. Ну а письмецо то у меня до сих пор есть :-) С него и перепечатал. Буква в букву.

Вот просто так вернулись в часть? И никто не задал ни единого вопроса о том, где вы слонялись 3 месяца?!

Это не моя часть, а сборный пункт, где собиралась "коменда" для проезда в ФРГ

Но мне всё же интересно - как так получилось, что вернувшись в часть, вы вообще не понесли никаких наказаний? Неужели то, что было описано ментом в письме (мол явись и всё простим) оказалось правдой?

Нет, конечно. Заманюха.
Это не "часть". Внимательнее почитайте. :-)

(Deleted comment)
Бан.
Я - не макос, который жалеет "балерину"
;-)

  • 1
?

Log in